Интересный случай того, как современное авторское кино «прячет» происхождение ремейка
Бугония действительно основан на фильме “Спасти зеленую планету” режиссера Чан Джун-хвана. Права были куплены ещё несколько лет назад, а сам корейский режиссёр даже упоминался как исполнительный продюсер проекта, но потом покинул его.
Почему многие зрители не знают этого? Маркетинг фильма почти не строился вокруг слова «ремейк», но почему?
Оригинальный фильм - культовый, но нишевый
«Спасти зеленую планету!» - очень известное кино внутри корейского кино-сообщества и среди киноманов, но для массовой мировой аудитории это не «Олдбой» и не «Паразиты». Для большинства зрителей название ничего не скажет.
Поэтому студии выгоднее продавать «Бугонию» как новый фильм Лантимоса, а не как адаптацию малоизвестного корейского проекта.
Лантимос сильно переработал материал
Это важно. «Бугония» - не покадровый ремейк. Лантимос взял базовую идею паранойи, похищение «важного человека» и сомнение между безумием и правдой, но полностью перестроил тональность, визуальный язык и философию фильма.
У Чан Джун-хвана это была почти истеричная смесь: sci-fi, чёрной комедии, трагедии и ультранасилия. У Лантимоса - холодная абсурдистская притча о современной реальности и коллективной психике.
В авторском кино избегают слово «ремейк»
Потому что у зрителя есть предубеждение, что ремейк = вторичность. Поэтому могут использовать формулировки: «основан на», «переосмыслен», «вдохновлен». Хотя фактически это все равно ремейк.
Формально оба фильма рассказывают одну историю
Основа в паранойе как способе объяснить мир. Оба фильма строятся вокруг одного вопроса: «Что если безумец на самом деле прав?»
В обоих фильмах герой-конспиролог выглядит нелепо, социально сломанно и опасно. Но чем дальше развивается история, тем сильнее фильмы подрывают уверенность зрителя в «нормальности» окружающего мира.
Зритель балансирует между тревогой, смехом, жалостью и подозрением.
Но эмоционально и философски они говорят совершенно о разном
Фильм Чан Джун-хвана - эмоционально истеричный. Тон повествования постоянно скачет. Черная комедия переходит в ультранасилие, научная фантастика в драму и трагедию.
Это кино очень «живое» и хаотичное. Что в конечном счете может перегрузить зрителя. С одной стороны сильная сторона фильма - непредсказуемость. Ты никогда наверняка не знаешь выйдет следующая сцена смешной или чудовищной.
С другой стороны из-за жанровой истерики фильм местами теряет фокус. Для части зрителей он может выглядеть слишком громким и эмоционально неконтролируемым.
У Лантимоса все совсем наоборот. Он полностью убирает истерику и превращает фильм в холодную абсурдистскую притчу, в которой исследует коллективную паранойю.
Сильная сторона фильма - воссозданное современное ощущение тревоги. Фильм пугает своей стерильностью. Мир выглядит настолько рациональным и пустым, что безумие перестаёт казаться исключением.
Слабая сторона как ни странно вытекает из сильной. Такая эмоциональная дистанция может оттолкнуть. Фильм становится сложным для понимания, потому что зрителю не на что опереться. Его буквально заставляют замереть и наблюдать.
Визуальный язык как отражение мира
Чан Джун-хван рассказывает нам о травмированном человеке. Камера нервная, агрессивная. Монтаж быстрый и хаотичный. Фильм визуально отражает психическое состояние героя.
Лантимос же рассказывает про травмированную цивилизацию. Его мир давно безумен, просто научился выглядеть нормально. Композиции симметричные, статичные, пространства стерильные, паузы длинные.
Так что же такое «Бугония»? Ремейк или культурный перевод.
Однозначно второе. Лантимос взял за основу фильм о человеке, который верит в инопланетный заговор и пересобрал его под тревогу эпохи.
Получился своего рода культурный перевод одного страха с разницей в 20 лет.
